?

Log in

No account? Create an account
Previous Entry Share Next Entry
Концерт памяти моего отца, Александра Розума.
rozumfund
                Когда меня спрашивают о том, каких личностей я могу назвать знаковыми в своей жизни, как артиста, в первую очередь я вспоминаю своего отца.

                Масса друзей, учителей и коллег вдохновляли меня на протяжении всего моего творческого пути, но в самые тяжелые и ответственные моменты он был моим хранителем, моей опорой и светом. Тот, кто всегда мог сказать нужные слова: будь это утешение или напутствие, тот, кто всегда помогал идти вперед, когда казалось, что смысл потерян, и тот, кто своим примером был некой путеводной звездой, ведь, будучи известнейшим артистом, мой отец всегда оставался крайне мягким, добрым, отзывчивым и чувствительным человеком.

             Этот год- юбилейный для моего отца, сейчас ему бы исполнилось 90 лет, поэтому я решил почтить его память несколькими концертами в течение года, и поделиться с вами циклом воспоминаний о нем, как об артисте, человеке, друге и отце.

                "Восхитительный талант перевоплощения на сцене был присущ моему отцу. Кумир народа, талантливейший артист, певец, который был признан как в России, так и за рубежом, покоритель женских сердец, обладатель почетных орденов и медалей за свою деятельность, в жизни был удивительно неконфликтным, мягким и уступчивым человеком."


               "Мой отец жил в деревенской семье, в которой было семь сыновей. Он никогда не планировал стать певцом, и его профессиональный творческий путь в этой сфере начался абсолютно случайно: он никогда не пел специально, только для себя, а вот в конкурсах самодеятельности выступал в роли чтеца стихов. И вот на одном из таких конкурсов его друг, который должен был петь, заболел, и моего отца буквально вытолкнули на сцену со словами "пой, Саша". По словам отца, как пел- не помнил, но тем не менее, получил премию, и после этого к нему подошел народный артист Сергей Иванович Мигай, и сказал, что у отца удивительные данные и ему нужно серьезно учиться пению.
После (я хочу отметить, что отец был самородком- все это происходило когда ему было около 26 лет, и до этого он не занимался музыкой или пением), он прямиком поступил в Гнесинский институт.  Отец не планировал такого поворота, но, видимо, сыграли роль рекомендации Мигая. "

"Основной и любимый учитель отца был Геннадий Геннадьевич Аден- очень известная фигура, воспитавшая многих певцов. У него была итальянская школа. Отец занимался с ним всю жизнь. Даже, будучи признанным артистом, его день начинался с класса у Геннадия Геннадьевича: урок начинался тогда, когда мы все еще спали. А возвращался в 10 утра, когда местные старушки уже сидели на лавочке возле подъезда и, по закону жанра, судачили обо всех, кто попадал в их поле зрения. Было крайне забавно слышать, как они говорили про отца: "вот, гулял всю ночь, а теперь возвращается к жене! Нагулялся поди?".


"Мои родители познакомились в Гнесинке. Так уж случилось, что это место стало ключевым в наших жизнях много раз. Мой отец был студентом, а моя мать была аспиранткой в консерватории, и работала хормейстером хора русской песни радио и телевидения. Однажды она пришла в Гнесинку набирать хористов, и ей указали на молодого и симпатичного певца. Мама подошла к нему и сделала это предложение, чем крайне его оскорбила, поскольку отец уже считал себя восходящей звездой, а тут ему предлагают участвовать в каком-то хоре. Он долго думал, но к всеобщему удивлению, согласился, и это определило его судьбу не только, как певца, но и как человека: он стал ухаживать за мамой, и отбил ее у художественного руководителя хора, хотя уже тогда она считалась невестой Николая Васильевича Кутузова. "

                "Одно время мы жили в небольшой квартирке с моими родителями и бабкой, тещей отца. Она имела очень крутой нрав и частенько измывалась над прислугой, доводя бедных людей до слез с самого утра. Моему отцу, как зятю, тоже доставалось изрядно. Друзья говорили, что он достоин памятника при жизни за такое терпение. И вправду: моему отцу никогда не приходило в голову разъехаться: так и прожили всю жизнь. А когда я был маленьким, он никогда не повышал на меня голос: за самое громкое баловство мог лишь пригрозить ремнем, но не более того. Вспыльчивый был, да, но отходчивый".

"У отца был удивительный запал, чтобы петь, и для этого он использовал любую трибуну или возвышение.
Моя бабушка по линии матери была родом с верховья Волги, из-под Ржева (Тверская Губерния), и моя мама очень любила эти места. Конечно, она привезла туда отца, и с первого взгляда он поселил там свое сердце. Берег реки, где расположена деревня, высок, сама она находится в отдалении, а прямо на берегу- небольшие бани. И что вы думаете? Мой отец облюбовал себе какую-то из этих бань, влезал на ее крышу, и начинал петь. Его голос несся на много километров, и близлежащие деревни прекращали работать, зная, что "Саша приехал. Надо ехать в Хомутово". Жители собирали все что у них было, и приезжали. И тут начинался бесконечный концерт: моя мама всегда привозила с собой аккордеон (она прекрасно на нем играла), а также организовывала из местных жителей целый хор, отец пел, и этот гудеж шел несколько дней подряд. Для председателя колхоза это было трагедией, поскольку никто не работал в эти дни."
"Мой отец живет в моем сердце и в моем доме: над роялем в моей квартире висит его портрет, и на всех домашних концертах он незримо присутствует с нами".

"Мой отец очень любил петь. Я знаю некоторых людей, которые по просьбе если и споют- как рублем одарят. Отец был не такой. Ему только намекни- он будет петь, и раньше он говорил: " я люблю петь так, что сам готов платить, лишь бы меня слушали. А так- я счастливый человек- пою, еще и зарплату получаю за это!"

  "Наша комната, в которой мы собирали гостей, была очень небольшая. В ней всегда набивалось много народу, поэтому окна распахивали настежь. Движение на большой Грузинской улице тогда не было таким интенсивным, поэтому масса людей гуляла там. Мы жили на первом этаже, и очень часто основные аплодисменты раздавались снаружи: под окнами собиралась толпа и слушала наши домашние концерты."

  "В моей жизни был период отвержения системы, в который отец мне очень помог. Начало моей карьеры было блестящим: я легко поступил в консерваторию, и поехал в Югославию на фестиваль, где взял первую премию, играл с оркестром, будучи на втором курсе делал записи с оркестром, и с первого прослушивания прошел на самый престижный конкурс королевы Елизаветы в Брюсселе. Но благодаря тому, то мне совсем не хотелось считаться с установками системы ( я мог прийти на лекции с книгой Солженицына или с журналом Континент), и мне казалось, что являясь лидером и лучшим пианистом, мне все сойдет с рук, но это оказалось не так. Вся информация обо мне собиралась, и была слита в КГБ, плюс, как мне сказали, пришла анонимка о том, что я собираюсь остаться в Брюсселе. Все было правдой: Солженицын, церковь, йога, кроме вывода- я никогда не собирался уезжать. В итоге я стал невыездным. Меня сняли буквально накануне поездки на конкурс, и ребята полетели без меня, несмотря на то, что я был отобран первым номером. На этом закончилась первая волна моей успешной карьеры- все консерваторию я просидел без участия в конкурсах или вдохновляющих перспектив, а после ее окончания с красным дипломом я даже не был отрекомендован в аспирантуру, поэтому пошел служить в армию на полтора года. Только после этого меня стали вновь выпускать на конкурсы: я выигрывал и получал зарубежные контракты, но ни одного ни смог принять, поскольку оставался невыездным.
И в эти годы, после предложений уехать в мировой тур на три месяца, после серьезных предложений из множества стран, осознавая насколько все это близко и далеко, у меня просто стали опускаться руки. Я был солистом Московской филармонии, но играл по дырам. Заниматься не хотелось, потому что мотивации не было никакой: залов не давали, играть предлагалось в профилакториях или, в лучшем случае, в каких-то музыкальных школах. Надежд не оставалось, и я практически стал терял профессию... Мой отец был тем человеком, который меня всегда поддерживал. Он говорил "Не смотря ни на что, я в тебя верю. Я просто верю, что ты добьешься своего, и будешь играть на большой сцене. Я не знаю почему. У тебя какой-то особый взгляд". Отец во всем оказался прав.

  "Присутствие отца на моих концертах всегда помогало мне. Забавно, что абсолютно иная ситуация была с моей мамой- она всегда очень волновалась за меня, и, как будто чувствуя это, я начинал ошибаться. А вот отец наоборот меня
успокаивал. Я выходил на сцену, слышал его характерное покашливание, и мне становилось очень спокойно и уютно."
"Кончина моего отца была очень трагичной, и абсолютно непредвиденной. Я был на гастролях, отец готовился к своим, будучи на профилактике в больнице, и распеваясь в кабинете глав. врача... Однажды в его легком просто оторвался тромб. На тот момент ему было 63 года".


Мои воспоминания об отце- святая ценность для меня. Я хочу, чтобы люди помнили этого удивительного человека.

Я приглашаю всех почтить память моего отца, Александра Розума,
27 сентября, на концерте в его честь в концертном зале РАМ им. Гнесиных, в 19.00